Над памятью время не властно. 55 лет назад ушел из жизни Кирилл Орловский

55 лет назад, 13 января 1968 года, после тяжелой продолжительной болезни ушёл из жизни Кирилл Прокофьевич Орловский. В этот же день состоялось заседание правления колхоза. Был рассмотрен один вопрос: «Об организации похорон председателя колхоза «Рассвет», депутата Верховного Совета СССР, героя Советского Союза и Героя социалистического труда К.П.Орловского». Докладчиком был секретарь партийной организации, главный ветврач колхоза И.Г.Сапожков.

И.Г.Сапожков родился 25 мая 1939 года в селе Березовка Аннинского района Воронежской области России. С 1956 по 1961 учился в Витебском ветеринарном институте. С 1 августа 1961 года по ноябрь 1978 работал главным ветврачом колхоза «Рассвет». В последующие 3 года – главный ветврач Минской бройлерной птицефабрики, а затем, до выхода на заслуженный отдых возглавлял «Белзооветснабпром». Сейчас он живёт в Фаниполе.
Иван Георгиевич откликнулся на просьбу поделиться воспоминаниями о времени работы с Кириллом Прокофьевичем Орловским, а также о своей работе в знаменитом колхозе.
– Иван Георгиевич, расскажите, пожалуйста, о тех тяжелых днях января 1968 года.
– Уход из жизни Кирилла Прокофьевича не был для всех нас неожиданным: он продолжительное время тяжело болел, стоически перенося болезнь. До последних дней жизни он исполнял свои обязанности руководителя колхоза. Приходил на планерки с кружкой новокаина, с помощью которого приглушал невыносимые боли. Колхоз объезжал на «Волге», хотя до этого никогда не использовал машину для внутрихозяйственных поездок.
Кирилл Прокофьевич понимал, что дни его сочтены, поэтому как-то сказал мне, что хотел бы быть похороненным в Мышковичах, у дороги напротив конюшни, там, где росли 7 дубов – символы семи пятилеток.
Для организации похорон в колхоз приехал председатель Совета Министров БССР Тихон Яковлевич Киселев. И было принято решение похоронить К.П.Орловского при въезде в Мышковичи.
В день похорон стоял сильный мороз, но это не остановило рассветовцев, пришедших проводить в последний путь своего вожака. После траурного митинга на площади в старом центре Мышкович, при огромном стечении народа, гроб с телом Орловского на лафете перевезли к месту погребения, где легендарный земляк был похоронен со всеми воинскими почестями. На траурной церемонии присутствовал первый секретарь ЦК КПБ Петр Миронович Машеров.
– Скажите, как воронежский парень оказался в «Рассвете»?
– Дело было так. Колхоз прислал в институт письмо с просьбой направить в хозяйство грамотного, энергичного выпускника. Выбор ректора пал на меня, состоялся разговор. Я сначала категорически отказывался, мечтал после учебы поехать на целину или в Таджикистан. Молодость. Романтика. И вот после окончания учебного заведения я на АН-2 приземлился в Могилеве. В Кировске я встретился с главным ветврачом района А.А.Тереховым. Помню, что в этот же день в Доме культуры проходил Пленум РК КПБ. В перерыве К.П.Орловский и тогдашний руководитель района, первый секретарь райкома партии Е.П.Нестерова что-то обсуждали на скамейке в парке. Здесь я был и представлен Кириллу Прокофьевичу. Мне показалось, что он был не в восторге от моего наряда: зеленых брюк в белую полоску. Но он промолчал и только произнес: «Завтра в 6.00 жду на планерке».
Три дня за мной был закреп­лен ГАЗ-51 для объезда и знакомства с хозяйством. После этого Орловский пригласил меня к себе в кабинет, хотя кабинетом эту комнатку трудно было назвать. Он всегда говорил: «Мой кабинет – поле и ферма».
Помню, обращаясь ко мне, он сказал: «Если планируешь работать с 9.00 до 18.00 с перерывом на обед, то можешь сразу уезжать. У специалистов «Рассвета», как и у председателя, рабочий день начинается в 6.00 и заканчивается в 23.00». Вот так я и начал работать в хозяйстве.
Транспорта за мной закреп­лено не было, объезжал фермы на попутках. Основным транспортом для специалистов колхоза летом был велосипед, а зимой – лошадка с санями. Так в то время мы работали.
– Об Орловском, о «Рассвете» много написано, сняты фильмы. Чего стоит фильм «Председатель». А на что Вы хотели бы обратить внимание?
– Когда говорят о Кирилле Прокофьевиче, то особо подчеркивают железную дисциплину, которую он поддерживал в коллективе, искоренение такого явления как воровство. Многие его считали чересчур жестким. Но ведь все это он делал ради улучшения жизни колхозников, их благосостояния. Уже в 1951 году оплата одного трудодня составляла: 2 кг
зерна, 14 кг картофеля, 3 кг грубых кормов, 7 рублей денег. И с каждым годом денежная составляющая увеличивалась.
А насколько облегчило повседневную жизнь колхозников продажа коров из личных хозяйств в общественное стадо. Инициатором этого решения выступил К.П.Орловский. Взамен с 1 мая 1958 года сельчане стали получать по 3 литра молока на трудодень. Были построены ларьки, где ежедневно можно было получить всегда свежее молоко, заработанное семьёй.
– Иван Георгиевич, но ведь не хлебом единым жив человек?
– Согласен. Как известно, с 1950 по 1954 годы «Рассвет» объединил 12 мелких колхозов, расположенных в 12 населенных пунктах, к 1958 году поселков осталось 6. Переселение колхозников в крупные деревни за счет средств хозяйства позволило значительно улучшить их быт, люди смогли пользоваться такими благами цивилизации как электричество, радио, благоустроенные дороги, объекты культуры и образования.
Проявлением заботы о сельчанах можно без преувеличения назвать завершение в 1958 году строительства столовой, бани, прачечной. С этого же года начал действовать колхозный профилакторий. Позднее были построены санаторий, детский сад, в бригадах действовали детские ясли. Для досуга молодежи в парке появилась крытая танцевальная площадка. Построены многоквартирные жилые дома. К сожалению, Кирилл Прокофьевич не успел воплотить в жизнь свою мечту – закончить начатое строительство Дворца культуры, уменьшенной копии кремлевского Дворца съездов.
Немаловажное значение К.П.Орловский уделял развитию и укреплению производственной базы хозяйства. В шестидесятые годы ускоренными темпами внедрялась механизация производственных процессов, особенно в растениеводстве. На смену лошадям и ручному труду приходили трактора и электродвигатели.
– Кроме должности главного ветврача в хозяйстве у Вас была ответственная общественная нагрузка?
– После непродолжительного периода работы я был принят кандидатом в члены КПСС. Думаю, люди старшего поколения помнят, какую важную роль в те годы играла партия в жизни страны. Однажды Кирилл Прокофьевич пригласил меня зайти в правление. Там уже находился тогдашний первый секретарь Могилевского обкома КПБ Г.А.Криулин. Без предисловий Орловский сказал: «Вот этого молодого человека я предлагаю избрать секретарем партийной организации колхоза. Я в нём уверен».
Так, будучи кандидатом в члены КПСС, я был избран секретарем парторганизации хозяйства. В республике на то время это был единственный подобный случай.
Помню, когда вышел указ о присвоении К.П.Орловскому звания Героя Советского Союза, у него, как водится, собралось много друзей. Среди гостей был испанец Хусто Лопес. Он произнес тост: «За Героя Советского Союза Кирилла Орловского!». «И за Орловского – председателя колхоза», – добавил Кирилл Прокофьевич. «Я вижу, сказал Хусто Лопес, что ваша беспокойная душа рвется к самым трудным делам. Действуйте так, как подсказывает вам сердце коммуниста, ведь жить – значит трудиться!».
– После ухода из жизни К.П.Орловского Вы еще 10 лет трудились в хозяйстве.
– Да. Но это уже другая эпоха становления и развития «Рассвета». Хотелось бы закончить наш разговор словами одного из руководителей Могилевской области, хорошо знавшего К.П.Орловского: «Орловский – это рывок из страшной послевоенной разрухи. Рывок этот был почти на пустом месте, рывок героический и методы ему под стать».
Григорий ДАЙНЕКО.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.